April 28th, 2008

парусник

Десятый Международный - день 2

Сегодня у нас было паломничество, которое продолжится и завтра. Работа начнётся во вторник, и встать придётся в пять утра -- завтрак начинается с 5:50.

Странно, но я проснулся сам собой примерно в пол-шестого. Пол-седьмого пришёл Майкл -- оказывается, он всю ночь не спал из-за своего несчастного джет-лага. Этот факт удивил его самого, хотя принёс большую пользу окружающим, а именно, Ларисе Михеевой, которая добралась до гостиницы посреди ночи и долго мыкалась по двору, не зная, куда податься. Майкл узрел её из окна и выступил в роли спасителя.

Завтрак был великолепен. Всё, что душе угодно -- от омлета до фруктов в ассортименте. Милый дядечка Рутенберг, он даже написал на нескольких языках Welcome -- русский вариант был не «Добро пожаловать», как можно было бы ожидать, а «желанный». Тоже неплохо, если разобраться.

Потом, конечно, мы пошли на Террасы. Мы ведь живём прямо наверху, за гостиницей Dan Carmel, которая так портит вид резиденции Всемирного Дома Справедливости, с какой бы точки её ни снимали... Короче, до верхней Террасы нам идти метров сто. Фотки там же, но в новом альбоме.

Оля Кононова решила, что надо без промедления отдать Стефани Ваккаро, которая недавно уехала из Москвы для служения в Международном Центре Обучения, её вещи, которыми мы набили всё свободное место в своих чемоданах. В итоге получилось, что я шёл по Террасам совсем не грациозно. Мы со Светой Доржиевой почему-то сочли мой вид очень смешным, и стали рассуждать о том, что все делегаты наверняка запомнят Вову-мешочника из России, который гулял по Террасам с двумя мешками мягкой рухляди. Но когда мы попытались рассмешить теми же рассуждениями Олю, она почему-то смеяться не стала -- подумала, наверное, что мы её упрекаем. А мы совсем и не думали её упрекать, а просто смеялись. Честное слово, совершенно беззлобно.

Короче, когда мы осилили девять верхних террас, мы вполне созрели для того, что пойти вот сейчас прямо в МЦО и попытаться найти там Стефани. Сначала мы обратились за поддержкой нашего проекта к африканскому пареньку по имени Хасан, который обзвонил всех дежурных (воскресенье всё-таки), но так и не выяснил, есть ли тут вообще какая-то Стефани Ваккаро. Потом мы обратились за помощью к итальянской девочке - security, которая подняла на ноги, наверное, уже пол-Хайфы, узнала-таки все нужные номера телефонов, включая мобильник и офисный, но Стефани не взяла ни тот, ни другой. Зато я разговорился с этой девочкой, она сказала, что работает тут уже год, и осталось ей ещё три месяца, и что главное в профессии секьюрити -- это преодоление страха. Я упомянул про одну свою знакомую (vereshchagina, которая тоже вот работала тут в охране, и так изменилась в сторону серьёзности и воинского духа... А девочка эта вдруг и говорит: «Как же, как же, знаем мы её. Один охранник-небахаи, который с ней работал, всю стену увешал фотографиями её самой, её мужа и ребёнка. Она тут была большим начальником, big fish». И велела передать Фроловеру привет. Фроловер, привет! Тебя тут до сих пор помнят, а имя твоё стало легендой!

Короче, мешки с мягкой рухлядью я бросил в раздевалке Восточного Дома паломников, потому что в Усыпальницу Баба я решил с ними всё-таки не ходить, несмотря на всю флеш-мобность этой идеи. Так они там и лежат теперь, наверное. Интересно, не примут их за бомбу?

А ещё итальянская девушка поведала мне, что архангела Михаила по итальянски зовут Микеланджело. Это когда я стал рассуждать о том, что секьюрити во Всемирном Центре -- это те самые серафимы и херувимы, то есть Небесное Воинство под предводителем указанного архистратига.

Потом мы поехали в Центр Съездов, просто чтобы потусоваться, а также потому, что именно оттуда нам предстояло выехать в 13:30 в направлении мест паломничества -- Дома Уди Хаммара, тюремной камеры Бахауллы и Бахджи.

В Бахджи в итоге мы решили идти пешком от тюрьмы, потому что нам хотелось прочувствовать, каково было бахаи в те времена, когда автомобилей ещё ни у кого не было. Шли, в общем-то, около часа -- я даже и не заметил, как дошёл, хотя многие сетовали на гудящие ноги.

В Усыпальнице Бахауллы со мной произошла удивительная вещь. Во-первых, я почему-то почувствовал огромный прилив энергии. Я уж отвык от такого за последние годы-то! Прочитал молитвы за всех, кто просил -- за шурина Лёшку, за Машу и Алесю, и за Викусю (хотя она и не просила -- но я решил, что молитва ей эта не повредит, потому что у неё на работе трудно и всё такое. И за родителей прочитал, хоть они и не просили тоже :-)

А потом я понял, что не могу вот так просто повернуться спиной и уйти. Из Гробницы-то я ещё вышел с горем пополам, а когда повернулся уже спиной к Усыпальнице и собрался уходить, понял, что не могу оторвать глаза от неё. Вот не могу -- и всё. Так и пятился задом до ворот Коллинз. Но и потом глаза не отводились! Тогда я решил «прошествовать вкруг». Прошёл 90 градусов по дорожке направо, приставными шагами, не отводя взгляда от Гробницы. За парковку не мошёл, потому что там сама Гробница исчезла бы из виду. Попятился опять назад, там обнаружилась дорога, изгибающаяся в обратную стороны. Я пошёл по неё, опять не отводя глаз от Гробницы, которая была чётко видна за деревьями. Уйти же я смог только тогда, когда могила Предвечной Красоты окончательно скралась от меня за оранжереями. Такие вот пироги. Ощущения незабываемые.